Холлинз вспоминает Хаусмана

Питер Хаусман — невоспетый герой, затерявшийся среди блестящих звезд великой команды «Челси», завоевавшей трофей и сердца болельщиков в начале 1970-х годов. Однако его вклад в исторический успех команды не вызывает сомнений.   Левый вингер, номер 11 в  команде «синих» Дэйва Сэкстона, он был первым из того состава, кого мы трагично потеряли – в автокатастрофе, которая случилась по вине другого водителя и унесла также жизнь его жены Сэлли.    В конце месяца будет 40 лет с момента той ужасной ночи в Оксфордшире, и три его сына, Натан, Дэниэл и Мэттью, оставшиеся сиротами в возрасте двух, шести и восьми лет соответственно в 1977 году, будут гостями клуба в понедельник на матче с «МЮ». В перерыве они выйдут на поле и будут представлены болельщикам.        Хаусман провел 343 матча за «Челси» в период с 1963 по 1975 годы, в том числе он играл в финалах КА и Кубка обладателей кубка, завершившихся победой «Челси». Бок о бок с ним играл полузащитник Джон Холлинз, и Холлинз рассказывает официальному сайту историю о том, что значило быть товарищем Хаусмана по команде, и почему он был так хорош.    Холлинз начинает с самого начала.   «Когда Питер впервые пришел в «Челси» еще молодым парнем, он был тихим, иногда даже не заметно было, что он тут», – говорит он.    «Он был из местных, жил в 20 минутах ходьбы от «Бриджа», и помимо того, что был очень тихим, казалось, он всегда о чем-то размышлял, но когда он выходил на поле, это был сильный, напористый игрок, он был похож на взрыв».    Хаусман был олицетворением вингера, который предпочитал оставаться на фланге, чему свидетельство его 39 голов – это примерно по голу в каждом девятом матче. Зато он создавал бесчисленное количество моментов для других.     «Когда он оставался на фланге или выходил один на один, он всегда старался делать передачу на ближнюю или дальнюю штангу, – говорит Холлинз. – Питер Осгуд и Йан Хатчинсон, бывало, говорили, что больше всего передач они получают от Хаусмана. Он был автором всех кроссов».    «Он мог протащить мяч в центр, подработать под правую ногу, но его основным орудием была левая нога. Он доходил с мячом до защитника, потом сдвигался немного на фланг, а затем рывком проходил игрока».   «Скорость и касание мяча тоже были его секретным орудием. Казалось, он неторопливо движется вперед, но он смотрел на скорость защитника, на его ноги и выбор позиции, потом он быстро касался мяча, проталкивал его мимо противника, и еще до того, как тот мог сообразить, что происходит, мяч уже летел в штрафную. Это был идеальный пас в 9 случаях из 10».    «Питер обычно играл на левом фланге, и казалось, что он никогда не уставал. Нам повезло с тем составом, что выиграл КА, потому что не очень многие из нас действительно устали. Мы были там, где должны были быть, стараясь делать передачи на высоких парней в атаке. Питер был одним из тех, кто это делал, но как только завершился матч, он отправился домой с чувством выполненного долга».   «Он полностью отдавался игре и был предан своей семье и жене. Иногда он мог пропустить парочку кружек пива, и тут он становился немного другим человеком, но в хорошем смысле. Мы звали его Нобби, не знаю, почему, такого человека всегда здорово иметь в команде. Если вы кого-нибудь из того состава спросили бы, кого бы им хотелось иметь в качестве товарища по команде, без сомнения все ответили бы Питера Хаусмана».    Учитывая, с каким теплом к нему относились в раздевалке как к человеку и с каким уважением как к игроку, очень странно слышать, что длительное время он был непопулярен среди болельщиков «Челси». Он редко озвучивал свое недоумение по этому поводу, и многие считают, что тут большую роль сыграла его скромность и якобы бесхарактерность по сравнению с более стильными и знаменитыми товарищами по команде.   «Питер все делал правильно, – подчеркивает Холлинз. – Он быстро возвращался назад, много работал, но казалось, что он, не ленив, нет, но словно дрейфовал по полю».    «Болельщики «Челси» в итоге его приняли. По-моему, каждый раз, когда Питера Осгуда спрашивали по поводу Хаусмана, он отвечал: «Я говорю вам, он лучший»».   «Может быть, это сделало свое дело, и со временем критика прекратилась. Он просто делал кроссы на форвардов, и он делал их отлично».      Молодому Хаусману потребовалось время, чтобы закрепиться в составе, но главный его матч состоялся в сезоне 1968/69, когда «МЮ», проводивший только третий домашний матч после того, как завоевал чемпионство в Европе, проиграл «Челси» 4:0. И в том поединке блистал Хаусман. Он поучаствовал в трех голах.     В следующем сезоне он и Холлинз играли в каждом матче, и тогда впервые был завоеван трофей КА. В переигровке с «Бернли» команда Сэкстона была близка к вылету, пока Хаусман не перевел игру в дополнительное время, а затем он создал момент для второго гола и забил третий. Он забил в следующем раунде и сделал дубль в полуфинале, разгромив «Уотфорд» на «Уайт Харт Лейн».    «Питер демонстрировал свою мощь в силовой игре, потому что поле было отвратительным, сейчас бы матч на таком поле отменили, – говорит Холлинз. – Он проложил себе путь даже на таком газоне, добавил команде класса и вывел нас в финал».    А в финале, уже на плохом поле «Уэмбли», «Лидс» вел к перерыву 1:0, когда Хаусман пробил на удачу.     «Гол был несколько странным, он отрикошетил от Гари Спрэйка и влетел в ворота, но когда Питер забил, он просто стоял там, он не убегал. Я помню его лицо, он словно хотел сказать «вот вам, болельщики, вот что я могу сделать»».   «Когда мы отправились на перерыв, мы уже были полны веры в себя. Мы решили, что надо передохнуть и снова вцепиться в них изо всех сил».    Тот матч завершился со счетом 2:2. В переигровке на «Олд Траффорд» «синие» победили. И годом позже в Греции тоже, в другом финале, который также состоял из двух матчей. Хаусман играл в обоих встречах, когда мы не уступили «Реалу» в Кубке обладателей кубка. Это был первый трофей «Челси» в Европе.    Он и Холлинз покинули «Челси» в 1975 году, и последний помнит, как узнал ужасные новости два года спустя.   «Это был ужасно. Никто не мог в это поверить. Такой молодой, у него была такая милая жена и очаровательные дети. Он был одним из самых приятных людей, с которыми я когда-либо встречался, и я не мог поверить, что это случилось. Дети были в шоке. Они, наверное, чувствовали себя  кошмарно».    Матч в его честь и в пользу оставшихся сиротами детей прошел на «Бридже» между командами 1970 и 1977 годов,  и потом много лет на стадионе собирали средства в помощь его детям.   Холлинз думает о матче в понедельник, на котором будут присутствовать и он, и сыновья Питера.     «Это правильное решение, потому что это важный матч КА, – говорит он. – Мы играем с «МЮ», я уверен, Питер будет смотреть на это с Небес, думая, что когда-то он их обыгрывал и даже громил».